Прощание с Петербургом. Поэзия Ларисы Зиминой

Лариса Зимина

Этим летом, путешествуя на Северный Кавказ, дважды проезжал Воронеж, где 135-й поезд «Санкт-Петербург — Махачкала» стоит 32 минуты. За жизнь таких поездок скопилось много, но кроме вокзала, который я мог созерцать, путешествуя туда и обратно, в этом городе я не видел ничего.

Но для меня это особый город. Я написал большой очерк о воронежской ссылке Мандельштама... Может быть, с легкой руки Осипа Эмильевича город стал воистину литературной меккой Черноземья, как знать...

Лариса Зимина попросила написать предисловие к ее новой книге стихов. Прожив несколько лет в Вырице, решила вернуться в Воронеж: «Там некогда гуляла я, но вреден север для меня». Север действительно климатически не подошел Ларисе...

А Воронеж — это и сегодня город поэтов. Здесь и Лариса сформировалась как поэтесса. Вся ее жизнь связана с этим краем. Хотя в большой книге стихов «Федорин день», вышедшей в Воронеже в 2009 году, автор предисловия В. Акаткин пишет: «В межвременье рубежа веков на воронежском олимпе вдруг зазвучало новое имя: Лариса Зимина». Меня смутило это «вдруг». Как вдруг, если вся она здесь — от молодых шагов по Черноземью свой путь на этот самый олимп прокладывала? Здесь училась, занималась научно-педагогической деятельностью, поэтическим творчеством, выпустила пять книг стихов (ничего себе — «вдруг»), стала инициатором создания целого направления в Воронеже — Поэтограда. И это все она — Лариса Зимина!

Но теперь в ее жизненной и литературной судьбе есть и петербургские страницы. С Ларисой Ивановной Зиминой мы познакомились несколько лет назад в Музее-усадьбе Г. Р. Державина на Фонтанке 118. Здесь проходят заседания литературной студии. Осмотревшись с переездом в Питер, она выбрала нашу студию своей творческой мастерской. А в Павловском Доме детского творчества нашла себе работу, близкую по духу, — заниматься с детьми литературным творчеством. Человек увлеченный, активный, деятельный, она этим не ограничилась, создав свой Литературный клуб взрослых павловчан в городской детской библиотеке.

Но и этого ей мало! По месту жительства, в Вырице при библиотеке имени Ивана Ефремова, при ее активном участии по-настоящему интересно заработало Литературное объединение «Долина», да так, что целый ряд интересных поэтов и прозаиков из этого творческого содружества оказались востребованными нашим журналом «Царскосельская лира», где сама Лариса Зимина занимает «постоянное место в основе», как говорят о лучших представителях спортивных команд. Более того, она стала другом нашей семьи, часто бывает у нас дома, и остается лишь искренне пожалеть, что впереди нас ждет грустная пора расставания с этим добрым и умным человеком и прекрасной поэтессой.

Я живу, как на вокзале,
Собираясь в дальний путь.
Вы зачем меня позвали?
Не вернуться...
Не вернуть...

Это стихи Ларисы Зиминой, представившей в Павловской городской библиотеке свою новую книгу «Жизнь по встречной». Увы, это был ее прощальный вечер. 19 октября, в День Лицея, она вновь возвратилась в Воронеж. Но мы все равно считаем Ларису своей, продолжаем считать ее своим постоянным автором. Поэтическое творчество автора многогранно.

Лариса Зимина

Изданная книга Ларисы Ивановны — большая работа, охватывающая как воронежский, так и петербургский период жизни поэтессы. И главное, что бросается в глаза: северная столица сыграла в ее творчестве огромную роль. Зримо видно: талант здесь открыл для себя новые горизонты, возросло поэтическое мастерство и профессионализм. Все стало подвластно дарованию поэтессы, любые, даже самые трудные лирико-философские темы открылись перед ней как покоренные вершины.

Впрочем, все по порядку. В Павловской городской библиотеке уютная гостиная, но всех желающих она вместить не смогла. Пришлось открыть настежь двери и расставить кресла в фойе.

Отныне эта гостиная по воскресным дням станет новым местом встреч Творческого объединения молодых литераторов «Царскосельская лира». С любезного согласия заведующей библиотекой Валентины Анатольевны Меньшиковой мы обрели гостеприимный кров. Теперь у нас два адреса: Дом молодежи «Царскосельский» в Пушкине и Городская библиотека в Павловске.

Кстати, выход четвертого номера журнала «Царскосельская лира» стал поводом для всех нас, чтобы собраться вместе. В этот день у нас «все смешалось», как в доме Облонских.

Проводы и встречи, печали и радости. Проводы Ларисы и встреча с нашим автором, прибывшим из далеких краев — Зинаидой Куницыной. Она приехала из Томска. Заочно мы с ней давно знакомы. Зинаида Дмитриевна тоже наш автор. Ведь мы публиковали сибирячку в своем журнале. Но она прозаик. Много лет назад окончила журфак ЛГУ (кстати, училась в одной группе с нашим известным царскоселом, журналистом Александром Нестеренко из «Царскосельской газеты», о котором я писал в своей рубрике). Попала в Томск по распределению, уехала туда с мужем, тоже молодым специалистом-астрономом. Им полюбилась Сибирь, они там и остались. Наше очное знакомство было очень радостным. Ее выступление было ярким, интересным, завораживающим. А иногда острым, злободневным. И отличное чувство юмора... Словом, великолепно!

И наконец, выступила Людмила Аникеева со своим эссе «Моя Цветаева». Я видел, наблюдал, как ее слушали. Только поэтесса могла так говорить о своем кумире... Четвертый номер журнала как раз открывается большой подборкой стихов и прозы Людмилы Ивановны, поэтессы самобытной и яркой.

Потом были стихи. Их читали по кругу все участники встречи. Закончилась встреча традиционным чаепитием с блинами...

А закончу я нашу очередную встречу стихами Ларисы Зиминой.

Гумер Каримов, главный редактор журнала «Царскосельская лира»

Стихи Ларисы Зиминой:

Здравствуй, Оредеж

Здравствуй, Оредеж, речка Оредеж!
Как и я, ты не любишь оков,
И несёшь неспокойные воды меж
Крутобедрых своих берегов.

По весне, лишь Ярило проснётся,
Ты вскипишь, пробивая лёд,
И за клюквенным топким болотцем
Вмиг проснётся лесной народ.

По ручьистым речистым нотам
Загудишь, забурлишь полноводно
И помчишься встречать кого-то,
Я не знаю — кого угодно.

Летом дел по горло и выше,
Берега твои многолюдны —
Лучше меньше бы да потише,
Ну, хотя б по рабочим будням.

В полудрёме проглянет осень,
Забросает листвой летящей,
Гордо сбросят короны лоси,
Словно яблоки с ветки в ящик.

Не успеешь укрыть свои воды,
День родится в белой сорочке.
Луг прибрежный в замёрзших кочках,
Шаткий мостик для перехода...

Спи, бурливая речка речи,
До весны, до весенних проталин,
Пока долгие зимние ночи
Обнимают берёзки за талии.

***

Ты потерялся во времени,
Я затерялась в пространстве.
Координаты зрения
Требуют постоянства.
Точка пересечения —
Огненный циферблат,
Сквозь золотое сечение
Осы секунд летят.
Осиная талия времени
У наших песочных часов,
Осень — пора забвения:
Всё прогорает без слов.
Рано. Желтеют берёзки.
Поздно. Спешат года...
На дальних судьбы перекрёстках
Зимние спят города.

О потерянной весне

ностальгическое

Сначала потерять весну — потом и душа остынет.
Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ледяной дворец.

Ледяной дворец... Ледяной ларец
Без ключа... Лабиринт без выхода,
И мятется душа из конца в конец,
На весах-часах смертной выгоды.
Остывает день,
Словно печь без дров,
Умолкает эхо миров.
Замерзает страсть:
Наболтались всласть,
Как немые без лишних слов.

.......................................

А на родине зорька алая,
Под окном расцветает сирень,
Через луг течет речка ма-ла-я
И весны берет набекрень.

Льзя и нельзя

Льзя — до неба на качелях,
Льзя — дуэт виолончелей,
Льзя — восторг от виража,
Но нельзя не приезжа...

Льзя — по звёздам до рассвета,
Льзя — зима на гребне лета,
Льзя на грани миража,
Но нельзя не приезжа...

Льзя — соприкоснувшись лбами,
Льзя — тихонечко губами,
Льзя — хотеть до мандража,
Но нельзя не приезжа...

Льзя — приехать и остаться,
Льзя — такое может статься,
Льзя — любя и дорожа,
Но нельзя не приезжа...

***

Далекое моё счастье
Бредёт сейчас по бульвару
Или сидит у окошка
И смотрит на метеорит.
А то, что лежит под носом,
Ему не нужно и даром:
Он любит другую галактику
И с ней по ночам говорит.

Галактика эта знает,
Что где-то за сотню парсеков
Живёт одинокий мечтатель
И мысленно шлёт ей привет.
Она его различает
Среди других человеков
И думает: — Милый, милый...
К тому же ещё и поэт.